Книги по психологии

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ БАРЬЕРЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ В ПАТРОНАТНОЙ СЕМЬЕ В ПЕРИОД АДАПТАЦИИ
Вопросы психологии - 2008

Г. Н. СОЛОМАТИНА

На основе анализа дневниковых записей патронатного воспитателя, взявшего на воспитание ребенка дошкольного возраста, рассмотрен характер психологических барьеров, возникающих при их взаимодействии в период адаптации ребенка к условиям патронатной семьи.

Ключевые слова: Ребенок, патронатная семья, адаптация, психологические барьеры.

В последние десятилетия в России отмечается рост числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечительства родителей. Только в Ставропольском крае ежегодно число этих детей увеличивается на 200—300 человек [2]. Подавляющее большинство их — социальные сироты, т. е. дети, оставшиеся без попечения родителей вследствие лишения родительских прав, признания в установленном порядке родителей нетрудоспособными, безвестно отсутствовавшими, нахождения родителей в местах заключения. Социальные сироты — это сироты при живых родителях, которые устранились или не участвуют в выполнении родительских обязанностей. Выделяют следующие категории детей — социальных сирот: отказные дети; дети хронически больных родителей; дети, родители которых лишены родительских прав за аморальные действия по отношению к своим же детям; дети, рожденные женщинами-заключенными в местах лишения свободы; подкидыши, брошенные родителями в общественных местах [2].

В настоящее время государство создает условия для организации приемных семей. Одной из форм устройства детей является патронатное воспитание, т. е. когда дети передаются на воспитание в семью патронатного воспитателя. Это наиболее гибкая форма устройства детей-сирот, предусматривающая разграничение прав и обязанностей патронатного воспитателя по вопросам воспитания ребенка и защите интересов ребенка. Передача ребенка на патронатное воспитание осуществляется с учетом его мнения, а после десятилетнего возраста только с его согласия. В любой момент договор о патронатном воспитании может быть расторгнут по инициативе ребенка, патронатного воспитателя или органов опеки. Именно эти моменты существенно отличают патронатное воспитание от других форм устройства ребенка в приемную семью [5].

Во многих регионах России патронатное воспитание уже достаточно широко распространено. Однако в Ставропольском крае, несмотря на явные преимущества этой формы устройства детей, патронатное воспитание только начинает внедряться.

Вместе с тем следует отметить, что в современной научной литературе и в средствах

156

Массовой информации приводятся случаи возвращения детей в детские дома, что негативно сказывается на дальнейшей их жизни. Е. И. Николаева, О. Г. Япарова, определяя такие случаи как неэффективные, выделяют в своих работах следующие факторы эффективности приемной семьи [6]:

29.09.2012


155

2


• отношение общественности к данной модели устройства детей;

• наличие психологического сопровождения;

• индивидуальные особенности ребенка и членов приемной семьи;

• возраст ребенка, в котором его принимают на воспитание;

• наличие различных заболеваний у ребенка.

На наш взгляд, наиболее серьезным фактором неуспешности патронатного воспитания, а также других форм устройства детей-сирот в приемные семьи является отсутствие информированности патронатных воспитателей о трудностях взаимодействия с ребенком, возникающих особенно остро в период его адаптации к новым социальным условиям патронатной семьи.

Основной причиной, детерминирующей взаимоотношения ребенка и приемных родителей, является тот факт, что ребенок, имеющий родителей, но оставшийся без их попечения, уже приобрел негативный опыт взаимодействия с микросоциумом и с широким социальным окружением. Такие дети не только были лишены эмпатийного общения в семье, дающего в благоприятных условиях начальный адаптационный потенциал, но и, как правило, испытали на себе жестокое отношение близких, пренебрежение их потребностями и интересами [4], [9].

Трудности взаимодействия с окружающими людьми в научной литературе обозначаются как Психологические барьеры. Авторы подчеркивают, что даже в благополучной семье психологические барьеры создают дистанцию между членами семьи, нарушают взаимоотношения в семье, снижая степень взаимного доверия [7].

Психологические барьеры являются отражением в сознании человека внутренних препятствий. В процессе общения как особого вида взаимодействия психологические барьеры выражаются в специфических трудностях, осознаваемых или неосознаваемых, в возникновении «критических точек», в которых и определяется благоприятный или неблагоприятный для субъекта результат деятельности [8].

Рассмотрим характер психологических барьеров, возникающих при взаимодействии ребенка и патронатного воспитателя в период адаптации к условиям патронатной семьи.

В психологическом аспекте адаптация рассматривается с точки зрения приспособления личности к существованию в обществе в соответствии с его требованиями и с собственными потребностями, мотивами и интересами. Социальная адаптация ребенка, под которой понимается процесс его приспособления к условиям социальной среды [1], направлена на восстановление у него отношений с социумом, позитивное изменение общения, поведения, деятельности, усвоение им социальных ролей в системе общественных отношений [3].

Рассматриваемые в рамках нашей статьи психологические барьеры взаимодействия в патронатной семье выделены на основе дневниковых записей патронатного воспитателя, взявшего на воспитание девочку 6 лет 9 мес. Девочка родилась в неполной семье от второй беременности. Первый год жизни у ребенка прошел относительно благополучно, о чем свидетельствует карта его развития. В ней отмечается, что ребенок был ухоженным, психомоторное развитие соответствовало возрастным нормативам. С года до пяти лет девочка воспитывалась в родной семье в асоциальных и неудовлетворительных бытовых условиях. В 5 лет 9 мес по решению суда девочка была передана на воспитание в детский дом, располагающийся в сельской местности.

Работники детского дома отмечали сложный характер девочки, выраженный негативизм к окружающим, упрямство, употребление ненормативной лексики. Физическое развитие ребенка соответствовало

29.09.2012


155

157

Нижней границе нормы. Данные клинического обследования выявили следующие нарушения: педагогическая запущенность (заключение психоневролога), резидуальная энцефалопатия, энурез (заключение невропатолога). На теле ребенка обнаружено большое количество шрамов, что свидетельствовало о жестоком обращении в родной семье и подтверждалось словами ребенка. Речевое развитие и развитие психических процессов соответствует невысокой границе нормы. Психологическое обследование выявило значительные нарушения эмоционально-волевой сферы.

При анализе дневниковых записей патронатного воспитателя мы опирались на классификацию психологических барьеров Ю. П. Платонова. Согласно данной классификации выделяют эмоциональные барьеры, субъективные барьеры, барьеры процесса общения, социально-психологические барьеры [7].

Эмоциональные барьеры Рассматриваются как переживание напряженных психологических состояний, возникающих под влиянием осознаваемых или неосознаваемых субъективных затруднений при взаимодействии с партнером по общению. К эмоциональным барьерам относятся барьер страха, гнева, страдания.

Наиболее ярко в отношениях патронатного воспитателя и ребенка проявляется барьер страха. Со стороны патронатного воспитателя этот барьер выражается в страхах за будущее ребенка, развитие взаимоотношений с ним, в боязни применять наказания. Страхи ребенка связаны, в первую очередь, с резкой переменой социальной ситуации: какой бы ни была его жизнь в детском доме, она стала для него привычной. Новую для ребенка ситуацию можно расценить как стрессовое состояние, которое усиливалось сменой места жительства в сельской местности на достаточно крупный промышленный город. Девочка постоянно испытывала чувство угнетения, просила уехать в деревню. На вопрос «Почему ты хочешь жить в деревне?» она отвечала: «Там нет машин и людей».

Страхи проявлялись и в отрицании всего нового — новых людей, игр, игрушек, продуктов питания, одежды и т. д. При этом проявлялась резко негативная реакция: «Я не буду это есть! Я уже это ела тогда, в прошлой жизни». Понятие «прошлая жизнь» использовалось в контексте «жизнь до детского дома». При выборе одежды часто вспоминала: «У меня в детском доме были красные штаны. Давай, съездим, заберем их». В игровой деятельности преобладали стереотипные действия с куклами — покачивание, переодевание. На предложение поиграть в другую игру с другими игрушками следовала резко негативная реакция: «Не мешай, я занята, у меня ребенок уписался».

Состояние длительного стресса ребенка усиливалось и страхом возвращения в детский дом. Так, например, возникла необходимость поездки в районный центр в органы опеки для заключительного этапа оформления документации. Ребенку предложили поехать вместе. Девочка с радостью согласилась, поскольку это город, в котором она воспитывалась в родной семье. Однако всю дорогу она была крайне напряжена, сидела, прижавшись, на коленях, не реагировала на обращенную речь. В городе она пыталась вспомнить какие-то строения, вспоминала людей, с которыми общалась ранее. Всю обратную дорогу девочка была слишком разговорчивая, постоянно прижималась (напряжение спало). Однако вечер этого дня закончился бурной истерикой с тяжелыми воспоминаниями о «той жизни». Спустя месяц появились вопросы типа: «А почему вы выбрали меня, а не другую девочку?»

Приведенные примеры отчетливо показывают, что страхи ребенка дезорганизуют его коммуникативные отношения с патронатным воспитателем, одновременно являясь защитным механизмом его Я. Так, в ситуации малейшего эмоционального напряжения

29.09.2012


155

Ребенок «сворачивался клубком» или забирался под одежду взрослого, при этом прекращал реагировать на обращенную к нему речь окружающих. Эмоциональное напряжение было вызвано различными факторами — замечаниями

158

Взрослого, знакомством с новыми людьми, посещением общественных заведений (магазинов, театров, музеев и т. п.) и др.

В группу эмоциональных барьеров входит также барьер гнева, рождающийся в ответ на требования выполнения каких-либо необходимых действий (например, сходить в туалет перед сном), соблюдения определенных правил (например, выполнение гигиенических процедур), на появление неожиданных препятствий (решение достаточно трудной для ребенка интеллектуальной задачи). Проявляется этот барьер в вербальной и физической агрессии. Так, состояние аффекта вызвала прогулка в парк. После прогулки шла домой, размахивая руками, громко выкрикивала непонятные, асемантические фразы. В ответ на замечание устроила негативную сцену на улице (упала на землю, каталась по земле). Дома этот аффект закончился выкрикиванием ненормативной лексики. В этот момент и патронатному воспитателю было очень трудно совладать со своими эмоциями.

При взаимодействии воспитателя и ребенка возникает и эмоциональный барьер стыда и вины. Появляется этот барьер в ответ на критику, замечания, похвалу, из-за боязни быть уличенным в чем-то содеянном. Первое время даже при незначительных замечаниях ребенок отводил взгляд, а в период аффекта зрительный контакт вовсе отсутствовал. В ответ на похвалу девочка с интонацией гнева стала выкрикивать: «Нет, стыд мне и позор!» Последний пример убедительно доказывает, что ребенок совершенно не понимает и не знает, что делать с положительными эмоциями, как реагировать на позитивную ситуацию.

Эмоциональные барьеры наиболее негативно препятствуют процессу межличностного общения взрослого и ребенка, снижают уровень контактности, препятствуют установлению доверительных отношений между патронатным воспитателем и ребенком.

Субъективные барьеры Взаимодействия партнеров общения проявляются в активности взаимодействия партнеров по общению и формируются в зависимости от темперамента личности. При взаимодействии ребенка и патронатного воспитателя мы не выявили специфических субъективных барьеров.

Барьеры процесса общения Представляют собой препятствия при установлении психологического контакта партнеров по общению. Эти барьеры возникают при недостаточном понимании важности общения, при отрицательной установке сознания, сложившейся в социальном опыте ребенка.

Барьер недостаточного понимания важности общения возникает в результате непонимания социально-психологического механизма взаимодействия людей. В первые сутки пребывания в патронатной семье девочка вообще отказывалась говорить, на вопросы окружающих отвечала только с помощью невербальных средств общения. В дальнейшем ребенок отказывался общаться с окружающими его взрослыми и детьми, особенно с незнакомыми и малознакомыми. В период эмоционального напряжения переставала слышать обращенную речь патронатного воспитателя. Девочка не понимала необходимости обсуждения возникающих проблем, ей легче было замкнуться, отмолчаться, чем обсуждать какие-либо проблемы, свое эмоциональное состояние.

Непонимание важности общения теснейшим образом связано со следующим

29.09.2012


155

Барьером отрицательной установки, введенным в социальный опыт неблагополучной семьей и коллективом детского дома. У ребенка сложился негативный опыт взаимодействия с окружающими, который заключался в жесткой силовой системе взаимоотношений как в родной семье, так и в детском доме, особенно со сверстниками. Перенос этого опыта в новые социальные условия проявлялся в грубости, вербальной агрессии («Я всех убью», «Я всех побью»). При наказаниях или замечаниях чаще появлялась замкнутость, в более редких случаях примерно через месяц проживания в патронатной семье — услужливость, желание угодить, дурашливость. Например, после пережитого накануне аффекта девочка стала спрашивать: «Что мне сделать?», «Чем помочь?»

159

Достаточно долгое время у ребенка отсутствовал интерес и внимание к окружающим людям и предметам. Интерес к кому-либо или чему-либо возникал на очень короткое время. Девочка говорила только о том, что ей надо, не принимая во внимание интересы партнеров по общению.

Неверные стереотипы поведения, введенные в социальный опыт ребенка, отражают искаженное понимание отдельных жизненных ситуаций. Так, у девочки были сформированы многие «понятия» коллективной жизни: нельзя просить — это попрошайничество; нельзя обращаться ко взрослым — это ябедничество, и т. д.

Барьеры процесса общения препятствуют взаимодействию не только в условиях патронатной семьи, но и в детском коллективе.

Социально-психологические барьеры Выражаются в смещении функционально-ролевых и личностных позиций партнеров по общению. Этот барьер проявлялся в отсутствии осознания социальных ролей между субъектами общения («Кто у нас сегодня будет няней?»), в потребительском отношении к окружающим («Почему пришли без подарка?», «Дядя рабочий придет и починит» и т. д.). Ребенок долгое время не осознавал собственную позицию в новой семье, не мог определить для себя стиль поведения с «новой» мамой. Желая понять ролевые отношения в системе «мать—ребенок», девочка пристально наблюдала за взаимоотношениями детей и их родителей в разных условиях: на улице, при общении в кругу семьи знакомых. Например, на прогулке с четырехлетним ребенком она копировала даже его жесты и поступки (с разбега прыгнуть на руки мамы, взять ее под руку, обнять и т. д.).

Приведенные примеры обнаруживают размытость ролевого поведения не только в отношении содержания самой социальной роли, но и в отношении способов ее воплощения.

В группу социально-психологических барьеров входят и информационные барьеры. На патронатного воспитателя обрушился поток негативной информации о воспитании социальных сирот. Многие знакомые и даже специалисты спешили рассказать о неуспешных, неэффективных случаях усыновления, опекунства. Эта информация формирует у патронатного воспитателя отрицательную установку, заранее настраивая его на неуспешность воспитания и предопределенность негативных реакций со стороны ребенка.

К социально-психологическим барьерам, по нашему мнению, можно отнести и отсутствие у ребенка «базового доверия к миру», что проявляется в подозрительности, недоверчивости к окружающим и к самому себе, в агрессивности ребенка. Так, на замечание взрослого и просьбу объяснить свой поступок девочка часто отвечала: «Я не

29.09.2012


155

Скажу тебе, ты мне все равно не поверишь». Примером недоверия ребенка может служить и диалог, возникший через три месяца пребывания ребенка в патронатной семье из-за повышения тона голоса взрослого:

— Мне кажется, что ты меня сейчас ударишь!

— А разве я тебя раньше била?

— Нет, но мне так все время кажется!

— А тебя раньше били?

— Да, сильно били, чуть ли не размазывали по стенке!

Этот диалог отражает недоверие ребенка ко взрослым вообще и к патронатному воспитателю в частности, страх ребенка перед физическим наказанием и сформированность негативного образа взрослого в целом.

Социально-психологические барьеры вносят дисгармонию в отношения с партнерами по общению.

Таким образом, на материале дневниковых записей нами была предпринята попытка описать основные психологические барьеры, возникающие при взаимодействии патронатного воспитателя и ребенка — социального сироты. Каждая из обозначенных групп психологических барьеров создает препятствия между ребенком и воспитателем и определяет характер взаимоотношений в патронатной семье. Знания о психологических барьерах помогут взрослому не только лучше организовать

160

Взаимодействие с ребенком — социальным сиротой, но и создать благоприятный социально-психологический климат в семье. Специалистам, занимающимся психолого-педагогическим сопровождением приемных семей, необходимо проводить целенаправленную работу по снятию психологических барьеров.

1. Большой психологический словарь / Сост. и общ. ред. Б. Г. Мещеряков, В. П. Зинченко. СПб.:

Прайм-ЕВРОЗНАК, 2005.

2. Горовая В. И., Палиева Н. А. Феномен детского сиротства и факторы его возникновения.

Ставрополь, 2006.

3. Дементьев И. Ф. Социальное сиротство: генезис и профилактика. М.: Гос. НИИ семьи и

Воспитания, 2000.

4. Дети социального риска и их воспитание / Под науч. ред. Л. М. Шипицыной. СПБ.: Речь,

2003.

5. Закон Ставропольского края «О патронатном воспитании детей-сирот и детей, оставшихся

Без попечения родителей» от 08.06.2006.

6. Николаева Е. Н., Япарова О. Г. Личностные особенности родителей и детей в приемных

Семьях // Вопр. психол. 2007. № 6. С. 37—42.

7. Платонов Ю. П. Социальная психология поведения: Учеб. пособие. СПб: Питер, 2006.

8. Подымов Н. А. Психологические барьеры в профессиональной деятельности учителя:

Автореф. докт. дис. М., 1990.

9. Прихожан А. М., Толстых Н. Н. Психология сиротства. СПб.: Питер, 2005.

Поступила в редакцию 15.II 2008 г.

29.09.2012


158

158