Книги по психологии

ПАМЯТИ АПОЛЛОНА ЕПИФАНОВИЧА ШЕРОЗИЯ
Б - БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ ПРИРОДА. ФУНКЦИИ МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Скоропостижно, в расцвете творческих сил скончался Аполлон Епифанович Шерозия — философ, психолог, один из ярких представи­телей грузинской психологической школы Д. Н. Узнадзе. Безвремен­ный его уход из жизни — тяжелая утрата для всех, кто соприкасался с ним в процессе научной работы.

А. Е. Шерозия родился в 1927 году в селе Ушапати Цхакаевского района. В 1950 году он окончил Тбилисский государственный уни­верситет, а в 1954 году — аспирантуру АН Груз. ССР. С 1955 г. рабо­тал научным сотрудником Института философии АН Груз. ССР. Его публикации, посвященные анализу вопросов, пограничных с филосо­фией и психологией, проблем теории познания и истории философии, стали известны научной общественности, начиная с конца 50-х годов. Им были опубликованы труды «К вопросу филогенезиса психическо­го» и «Разносферные закономерности психического и проблема бессо­знательного». Последняя из этих работ четко определила направле­ние его научной деятельности в дальнейшем. В 1962 г. он защитил кандидатскую, а в 1967 г. — докторскую диссертацию, с 1968 г. стал профессором Тбилисского университета. В 60-х годах им была напи­сана монография «Философская мысль в Грузии в первой четверти XX века». Эта книга в значительной степени способствовала расши­рению и систематизации представлений об особенностях философской мысли в Грузии в начале нашего столетия, которые освещались в рус­ской литературе того времени лишь фрагментарно.

В дальнейшем А. Е. Шерозия уделял много внимания, наряду с научной и педагогической работой также организационно-литератур­ной деятельности, выполняя обязанности заведующего редакцией фи­лософии Грузинской советской энциклопедии, участвуя в создании многотомных изданий, подготовленных Институтом философии АН СССР («История философии» в 6-ти томах, «История философии на­родов СССР» в 5-ти томах и др.).

Исключительная энергия и целеустремленность, всегда отличав­шие А. Е. Шерозия, позволили ему одновременно подготовить и опуб­ликовать свой капитальный труд «К проблеме сознания и бессозна­тельного психического» в 2 томах (1969, 1973). В этой работе была изложена оригинальная, предложенная ее автором, концепция взаимо­отношений, существующих между системой сознания и бессознатель­ным психическим. Концепция эта тесно связана с психологическими и философскими традициями школы Д. Н. Узнадзе, всегда оказывав­шими на А.’ Е. Шерозия как на теоретика и исследователя очень глу­бокое влияние. В свою очередь, идеи А. Е. Шерозия стимулировали развитие в советской психологии направления, побудившего к созыву АН Грузии, Тбилисским университетом и Институтом психологии им. Д. Н. Узнадзе в 1979 г. в г. Тбилисл II Международного симпозиума по проблеме бессознательного.

А. Е. Шерозия в качестве зам. председателя Оргкомитета этого


Симпозиума и председателя его Программного комитета очень много сделал в процессе многолетней подготовки и проведения этого круп­ного совещания. Им, совместно с другими редакторами, была подго­товлена к изданию в 1978 г. трехтомная коллективная монография «Бессознательное: природа, функции, методы исследования», содер­жащая материал, исходный для дискуссий на симпозиуме. В этой мо­нографии представлен ряд статей, написанных А. Е. Шерозия как са­мостоятельно, так и в сотрудничестве с другими авторами, и обосно­вывающих концептуальный подход к проблеме бессознательного с по­зиции философии диалектического материализма. Этот подход четко противостоит, как это хорошо известно, преобладающим в западной литературе идеалистическим трактовкам данной проблемы.

Труды А. Е. Шерозия, опубликованные в Советском Союзе и за рубежом (Франция, ФРГ), его роль и выступления на Тбилисском симпозиуме сделали его имя широко известным не только среди совет­ских психологов и философов, но также среди прогрессивных, друже­ственно относящихся к Советскому Союзу ученых других стран. Это обстоятельство нашло свое выражение, в частности, в избрании А. Е. Шерозия членом Германской Академии психоанализа (Запад­ный Берлин) и представителем Советского Союза в Международной Ассоциации динамической психиатрии. За большой вклад в развитие науки Аполлон Шерозия был посмертно удостоен золотой медали Германской Академии Психоанализа (Западный Берлин).

Последним трудом, опубликованным А. Е. Шерозия незадолго до его кончины, была монография «Психика. Сознание. Бессознательное» (1979), в которой он обобщил подход к проблеме бессознательного, разрабатывавшийся им на протяжении всей его жизни. Ему же при­надлежат многие идеи, положенные в основу ряда статей, содержа­щихся и в настоящем IV томе монографии. Неожиданная кончина же­стоко оборвала эту его последнюю работу...

Приведенные факты дают представление о научной деятельности А. Е. Шерозия. Их, однако, недостаточно, чтобы обрисовать необык­новенную привлекательность его как человека: его беззаветную пре­данность науке, его принципиальность и бескомпромиссность в отста­ивании идей марксистско-ленинской философии и психологии, его му­жество и искренность, проявлявшиеся в поступках и оценках, его скромность и обаяние, его доброту, производившие глубокое впечат­ление на всех, кто имел счастье с ним общаться.

Аполлону Епифановичу суждено было жить недолго. Но он оста­вил глубокий след в истории нашей науки. Память о нем и о его на­учном пути неизгладима. Она сохранится надолго и будет вызывать чувство благодарности к нему за все, что он совершил.

Редколлегия IV тома монографии

А. Е. ШЕРОЗИЯ

«Мы попытаемся предпринять концептуальный анализ современ­ного научного понимания проблемы бессознательного психического, избрав при этом в качестве исходного пункта теорию психоанализа к теорию неосознаваемой психологической установки. Сопоставление этих направлений облегчает рассмотрение интересующей нас пробле­матики, ибо, в отличие от других направлений, психоанализ и теория неосознаваемой психологической установки предоставляют в наше распоряжение два совершенно разных способа оперирования феноме­ном бессознательного в его связях с психикой в целом. Одновременна


И то и другое направление предпринимают попытку выдвинуть наря­ду с сознанием идею бессознательного как особой формы отношения к действительности, которую можно проследить во всем диапазоне ос­новных проявлений личности.

Психоанализ рассматривает сознание и бессознательное как вза­имоисключающие — при их функционировании — элементы психики, утверждая их непримиримый антагонизм. Тем самым разрушается фе­номенологическая целостность не только системы «сознание — бессо­знательное», но и самой личности. Бессознательное выступает при этом только как отрицательный элемент, только как отрицательное качество данной системы. Психология же установки, наоборот, в лице открытого ею феномена установки предлагает положительное опреде­ление и наиболее адекватное на сегодня представление о способе су­ществования исходной целостности психики.

В противоположность психоанализу, психология установки рас­сматривает отношения в системе «сознание — бессознательное» не только и не столько в свете идеи антагонизма, сколбко в свете не­устранимым образом проявляющегося в них синергизма. Ибо, в отли­чие от психоанализа, психология эта опирается на представление а фундаментальном единстве человеческой личности, выражаемом как. своеобразной моделью феноменом установки.

Отсюда достаточно ясно вытекают преимущества психологическо­го концепта установки как научной основы интересующей нас сейчас общей теории сознания и бессознательного психического, этих нераз­рывно, хотя и противоречиво, связанных между собой образований человеческой психики. Мы постараемся поэтому, выдвинув в качестве непосредственной исходной единицы предстоящего анализа психоло­гию установки, в основном именно с этой точки зрения и противопо­ставить ее психоанализу, в научной дискуссии с которым она в свое время сложилась как одно из основных направлений советской психо­логии, исходящее одновременно из трех фундаментальных катего­рий— личности, установки и деятельности. Ибо с момента ее возник­новения и вплоть до наших дней психология установки выступает у нас как психология деятельности и личности в их нерасчленимом единстве, только благодаря которому и то и другое — деятельность и личность — превращаются в предмет психологии.

Из книги А. Е. Шерозия «Психика. Сознание. Бессознатель­ное», Тбилиси, «Мецниереба», 1979, стр. 21—22.